На долю Валентины Владимировны Гладченковой выпало немало испытаний и трудностей. Но она сумела пережить самые тяжелые моменты в своей жизни.
Мама – первое слово, которое произносит ребенок. Мама дает жизнь, воспитывает и направляет на праведный путь своих детей.
Как же тесно судьба человека связана с тем местом, где он родился, где прошло его детство, юность, где жили его предки. Это и есть малая родина.
И как же много хуторов таких, как Карасев, за последние десятилетия исчезло с лица земли. И теперь в этих местах пустота, тишина. Но из души, сердца родные места не выбросить.
25 октября в Серафимовичском техникуме механизации сельского хозяйства прошел региональный фестиваль-конкурс исследовательских проектов «Здесь Родины моей начало», учрежденный Советом директоров профессиональных образовательных организаций Волгоградской области и Усть-Медведицким казачьим округом Войскового казачьего общества «Всевеликое войско Донское». В конкурсе проектов приняли участие старшеклассники и студенты среднеспециальных образовательных учреждений Волгоградской области.
Человека, о котором я пишу сегодня, зовут Михаил Павлович Рыбалкин. Он родился в 1934 году, рос в х. Большом. Он – дитя военного времени. Жили, трудились казаки, радовались, что жизнь начала налаживаться, а тут грянула война. Отец Миши, Павел Федорович, до войны работал трактористом. Мама Евдокия Павловна – разнорабочей. Старшая дочь Полина помогала по хозяйству. Миша, как и его сверстники, собирался пойти 1 сентября в школу, но учебу пришлось отменить. Отца на второй день войны по призыву военкомата забрали не на фронт, а на работу на военный завод. Работал в Челябинске до 1946 года.
– Немцы пришли с горбатовской горы, – вспоминает Михаил Павлович. – Двигалась черная армада. Кованые вражеские сапоги топтали нашу степь. На врага смотрели со страхом. Мы, детвора, мало понимали, а вот в глазах матерей застыли ужас и страх. Хозяйничали немцы вовсю. Помню, не просили, а требовали. Забирали все. Тут же во дворах сутками горели костры: варили, жарили поросят, телят, птицу. Ели, громко орали песни, играли на губных гармошках. Мирное население пряталось. Хутор-то наш расположился в степи. Леса не было, а они что удумали: на постройку блиндажей разбирали дома, амбары. Хуторяне молча смотрели и думали о том, где же жить? Немцы заняли хутор в конце июля 1942 года, а через два месяца велели всем собраться. Погнали всех, как скот, окружив автоматчиками. Что смогли унести – несли в руках в узелках.
Мы на Одноклассниках
Мы ВКонтакте
Мы на Facebook
Написать в редакцию
